1

К вопросу о российской демократии

Наши  оппоненты  критикуют  власти России за попрание демократических норм, считая демократический режим самым прогрессивным.  Подтверждением этой прогрессивности служит высокий уровень материальной жизни в странах с развитой демократией.  Принимается «априори», что достижения развитых стран обеспечены именно демократическим устройством общества. Эта концепция стала почти аксиоматичной, все возражающие считаются  варварами, а их лидеры, как минимум, тиранами. Только возникает правомерный вопрос, за счет чего или, точнее, кого обеспечено материальное процветание демократических государств?

Так, в древнегреческих городах-полисах, где власть принадлежала «демосу», т.е. горожанам, процветание  обеспечивалось трудом рабов-невольников.  В древнем  Риме, свободные граждане использовали колонов, откуда  возникли понятия  «колонии» и «колониализм», хорошо знакомые демократическим режимам. 

            Такой принцип демократического общества - с правами и свободами для какой-то  части людей и открытым  или скрытым присвоением результатов чужого подневольного труда, характерен  не только для древней истории.  Он прослеживается в большинстве  европейских демократических государств, развитие которых напрямую связано с ростом их «колонизационных успехов». В такую универсальную систему формирования демократической государственности не  вносит ничего нового и история Соединенных Штатов. Отпрыски европейской цивилизации на американском  континенте повели себя  не очень демократично, насаждая свою культуру аборигенам, похоже, вопреки их желаниям. А  для роста новой американской государственности потребовались рабы, которых массово привозили из Африки.

            Сегодня цивилизованные демократические страны, похоже, стремятся  к тому, чтобы «сбросить» своё производство в государства  менее развитые, где за необходимую работу можно платить порядково меньше, чем достойным европейцам. Это происходит в условиях глобализации, когда мы, якобы,  создаем справедливый общий человеческий дом. О каком  равноправии и справедливости может идти сегодня речь, когда растет эксплуатация и, по сути,  изощренное паразитирование части народонаселения планеты на чужом труде?  А чего стоят процессы на Ближнем Востоке, где к несчастью местных жителей так много сырьевых ресурсов?

             Я отнюдь не демонизирую поведение стран Евроатлантики в лице их лидеров. Все они попали в ловушку собственного демократического государственного устройства, когда средний слой, их демос, неуклонно требует повышения качества жизни в виде усовершенствования потребления и снижения трудовой нагрузки: «Мы этого достойны».  Этой тенденцией озабочены уже и американские социологи, говоря о необходимости удержания в определенных рамках растущего процесса потребления  как  важнейшей функции власти.         

            На мой взгляд, уместно вспомнить Эндрю Карнеги, имя которого живет  и сегодня. В своей статье «Богатство» этот  американский магнат писал о том, что в американском обществе несправедливость огромна, но без неё невозможна цивилизация.

            В этих условиях  странно звучат высказывания о том, что у России не должно быть никакого особого пути,  надо просто догонять Запад. Никого не смущает тот факт, что европейская цивилизация, по сути,  приближается к завершению, о чем писал  и крупнейший британский специалист по  истории цивилизаций Арнольд Тойнби, кстати, с большим интересом исследовавший процессы, происходящие в России. Он  считал, что, несмотря на многократные попытки вовлечения России в европейскую цивилизацию, она не утрачивает свою самобытность, важнейшей чертой которой является обережение  государственности.

         Что же определяет эту самобытность?  Наверное, не один фактор. Здесь - и особое  географическое положение, описанное Л.Н.Гумилевым – на стыке ареалов двух человеческих рас, что нашло отражение в генофонде народа, в его культуре и в общественном устройстве.  Кроме того, Россия всегда находилась в окружении сильных соседей. Отстаивать свой суверенитет можно было только в условиях сильного государства с централизованной властью. При этом Россия строила свою государственность без рабовладения. Существовавшее около двух столетий крепостное право  было формой властного понуждения к труду своего народа, но не представителей других народов, как это прослеживается в истории европейских демократических государств. Народ России никогда не был демосом, живущим за счет чужого труда. Может быть, именно потому в нем не наблюдалась  тяга к комфорту и богатству. А может, этому способствовало православное христианство: русский народ истинно знал, что  сверхбогатство не может быть нажито справедливо, своим трудом, и что личное большое богатство противоречит христианской вере. 

             В России всегда стремились к народовластию, но   в своих, по сути, христианских формах, без установки на эксплуатацию других народов. А потому не было в России и колоний, т.к., присоединяя земли за Уралом, оттуда никогда не привозили рабов в европейскую часть страны, не уничтожала жившие там  народы, не использовали их материальные ресурсы для обогащения русского населения. Общеизвестен также факт относительно низкого уровня жизни т.н. коренного русского населения, не отличавшегося от уровня жизни людей другой национальности, как   в царской России, так и в Советском Союзе. Таким образом, между русским понятием «народовластие» и европейским понятием  «демократия», на мой взгляд,  мало общего, но это не означает, что мы не стремимся к обеспечению равных прав и свобод для всех жителей нашей большой  страны, к торжеству законности и справедливости. Но  мы осуществляем  такую  демократизацию не по чужим лекалам, а с учетом своей специфики.

            Возвращаясь к сегодняшней действительности, нельзя не остановиться на вопросе о выборах. В свете предстоящих выборов   президента России уместно рассмотреть, в качестве образца, выборы президента США, чтобы сравнить их с нашими  выборами по уровню демократичности,  по крайней мере, в понимании волеизъявления народа. Известно, что президента США  выбирают не все граждане, а только выборщики. В связи с этим возникают порой  непрогнозируемые последствия. Так, на выборах президента США в 2000 году по итогам общенародного голосования  Альберт Гор набрал 51 003926 голосов (48,4%), а Дж.Буш - 50 460110 (47,9%).  В итоге добросовестного голосования выборщиков, собравшихся по принципу «победитель получает всё», А.Гор получил 266 голосов выборщиков, а Д.Буш – 271, и в полном соответствии с законом  Дж.Буш стал президентом Америки. А Гор, за которого проголосовало на  полмиллиона больше американцев, проиграл. Но  американцы и не подумали возмущаться несправедливостью результатов:  такой порядок  прописан в Конституции США, которую все уважают и которой гордятся.

Итак, вывод достаточно прост, даже в странах с  самой развитой демократией система выборов органов власти не лишена изъянов. Важно, как относятся к этому граждане страны. Что вообще чаще  служит причиной протестов населения? Стоит сравнить характер протестных выступлений в России и в Европе. В Европе граждане  выходят на улицу  чаще из-за материальных проблем, у нас – из-за политических. На наших митингующих приятно смотреть: сильные, здоровые, прямо скажем, респектабельно выглядящие люди, которые оторвались от социальных сетей, чтобы  публично покритиковать власть за недостаток свободы, за коррупцию и некомпетентность в создании достойной жизни своим гражданам. Эти люди выражают свое мнение.  Невольно задумываешься: может это тоже наша российская особенность – бунт против любого существующего положения вещей, против всякой власти?

       И тут вспоминается знаменитое изречение П.А.Столыпина об истоках недовольства в России 1910 года: «Россия … недовольна не только правительством, но и Государственной Думой, и Государственным Советом, недовольна и правыми партиями, и левыми партиями, потому что Россия недовольна собой....".

Каждый  народ существует во времени, и нужно понимать кто мы – вчера, сегодня и завтра. Сегодняшние волнения в России по природе своей не новы. Еще А.Пушкин отмечал поведенческую странность просвещенного русского человека: «Им овладело беспокойство, охота к перемене мест». Эта ассоциация становится отчетливее, если принять во внимание результаты недавнего  опросов общественного мнения, свидетельствующие о том, что значительная часть респондентов заявила о своем желании, в случае предоставления таких возможностей, навсегда покинуть Россию.

            Не хотелось бы, чтобы меня считали  узколобым патриотом-реакционером, видящим в проявлениях инстинкта свободы измену интересам отчества. Кто-то имеет право по-чаадаевски понимать любовь к отечеству. Однако мне на память приходят мысли Пушкина из его известного письма Чаадаеву. Он пишет своему другу и убежденному западнику о российской жизни, полной «кипучего брожения», и задает вопрос: «Разве не находите вы чего-то значительного в России, чего-то такого, что поразит будущего историка?». Словом, и тогда был  конфликт ассоциаций, мнений, ощущений.

            Как разрешится этот конфликт, если он, действительно, существует в умах и сердцах наших сограждан-современников? Полагаю, его разрешение,  так или иначе, найдет отражение  в ходе грядущих  президентских выборов. На всенародный референдум будет, по сути,  вынесен важнейший вопрос: о принятии или же активном непринятии т.н. «пути Путина», пути восстановления  величия России через интеграцию евразийского пространства. Это важнейший вопрос современности: сумеют ли сегодняшние граждане России своей политической волей большинства восстановить к рубежу 2020 года до 94% территории бывшего Советского Союза и до 235 миллионов граждан, населяющих  эту территорию. Это  и послужит необходимым условием «для выхода российского государственного самосознания из смутных очертаний», когда оно обрисуется и укрепится, когда Россия почувствует себя опять Россией.

1

Российский политический катамаран

Предвыборный октябрь 2011 года  запомнится гражданам публичным обозначением ряда важных политических целей и задач. Действующий властный тандем отчетливо  дает понять российским избирателям, что политика России,   как внешняя, ответственность за которую несет президент, так и внутренняя, которую  реализует премьер, остается  в сущности единой. В предыдущей  статье  мы говорили  о глобальной инициативе  В.В. Путина по созданию на большей части постсоветского пространства Евразийского Союза как нового центра в мировой политике в эпоху глобализации. Недавно, 18-19 октября, в Санкт-Петербурге в Константиновском дворце прошли встречи Глав стан СНГ и Таможенного союза, в ходе которых фактически началась форсированная реализация  евразийской интеграции на пути от экономического союза к политическому. Подчеркнем, что эта реализация планируется  на перспективу ближайших двух лет. Это означает, что достигнутая в ходе согласования процедура взаимодействия будет осуществляться уже с учетом  недавно озвученной  российской политической рокировки, когда внешнеполитическая ответственность должна быть уже на В.В.Путине, а внутриполитическая -  на Д.А.Медведеве. Именно Д.А.Медведев  будет претворять в жизнь евразийские межправительственные интеграционные соглашения.
Реализация  столь значимых договоренностей возможна только в условиях  единства действий властного тандема и авангардной партии. В.В.Путин остается председателем «Единой России», а Д.А.Медведев обеспечивает достижение победы партии на предстоящих в декабре с.г. парламентских выборах, возглавляя её список.  Данная  политическая конструкция по своей теоретической устойчивости и надежности напоминает катамаран, который, как известно, в мореплавании отвечает за профилактику крена и служит обеспечению живучести и непотопляемости судна. Экстраполируя  эту  модель на политическую ситуацию, дуумвират катамаранного типа наиболее адекватен в сегодняшней ситуации затянувшегося финансово-экономического планетарного кризиса,  когда периодически «штормит». Сегодня прогнозируется новая волна кризисных явлений, причем ранее 2013 года. Таким образом, намеченная к этому сроку полноценная политическая интеграция на евразийском пространстве более, чем уместна.
Однако интеграционные процессы  при всей своей необходимости отнюдь не отменяют задач быстрой и эффективной экономической и политической модернизации  в самой России как безусловном лидере грядущего Евразийского союза.  Именно об этих задачах говорилось 15 октября 2011 в Москве на встрече президента Д.А.Медведева со своими сторонниками.  Речь шла о «необходимости модернизации нашего государства, нашей экономики, нашего общества», о продолжения гуманизации общественной жизни, развитии политической системы, инвестиционных приоритетов. Создание новой современной системы государственного управления названо президентом стратегической задачей, а, следовательно, и задачей всего общества. Д.А.Медведев говорит  «о создании так называемого большого правительства… которое будет действовать совместно  с основной партией, которая может сформировать такое правительство, с «Единой Россией», с гражданским обществом, с экспертами, с региональной и муниципальной властью, со всеми избирателями, которые готовы за нас проголосовать, и даже с теми, кто с нами не согласен, если  они к этому готовы, конечно».   Президент объясняет это «большим значением обратной связи между властью и обычными людьми»,  потому что «по-другому в современном мире власть существовать не может, она просто вырождается».  За примерами далеко ходить не надо: события на Ближнем Востоке всё хорошо демонстрируют. При этом Д.А.Медведев отмечает, что российским политическим силам необходимо иметь больше влияния и располагать большей свободой. Такова диалектика современных политических систем.  Говорит президент в этой связи и еще об одном велении времени: требовании открытости государства гражданам. На Западе это носит название транспарентности,  Д.А.Медведев же изъясняется по-русски, называя  развитие открытости «опрозрачиванием». Опорой и движущей силой этого тренда, по мнению президента, является выросший в России её «солидный средний класс», составляющий на сегодня до 30% населения.  Как выразился один из собеседников Медведева,  «средний класс – это люди, которые могут выбирать, экономически могут выбирать, выбирать из-за уровня образования», это люди, которые почти полностью совпадают с т.н. креативным классом – с созидателями.  Раньше, в советское время, это называлось энтузиазмом профессионалов. На них, помнится, и держалась советская система.
Президент отметил важность использования новых средств  коммуникации между народом и властью – это социальные сети, это интернет, превращающиеся, по его мнению, в реальную силу: «Боятся, начинают чесаться, начинают что-то делать». Сказанное – о нерадивом чиновничестве, не соответствующем времени, которое изменилось. Все модернизационные и инновационные усилия  активной части общества представляются президенту направленными на новый «тренд развития страны», тенденции развития России в направлении «процветающей инновационной державы».
В чем задача государств и общества по обеспечению развития России в направлении инновационной державы? Один из собеседников  говорит о возникновении  такого явления, как «принуждение к инновациям». Д.А.Медведев парирует: «Это вообще наш метод: принуждение того или иного государства к миру, принуждение к инновациям». И заключает: «Пора и власть употребить».
А вот как Д.А.Медведев говорит о некоем главном: «Главное, что мы занимаемся чем-то хорошим, полезным для нашей страны, и мы находимся в мейн-стриме общественного развития, не выпадаем из него, не пытаемся искать какой-то свой путь и в то же время не пытаемся подлаживаться под какие-то другие государства, пусть даже очень сильные. Но мы находимся в общем потоке и находим в этом общем потоке свою часть развития – это, мне кажется, исключительно важно для нашей страны в конкретной ситуации». О какой ситуации идет речь? Это о глобализации, идущей по плану сильных мира сего. Пока мы,  Россия, не сильнее,  а слабее их, мы не будем подлаживаться под сильных,  мы должны,  просто обязаны отстоять «в этом общем потоке свою часть развития». И еще: если и коль скоро отсутствие обратной связи, как показывает политическая практика, ведет в современных условиях к деградации государственности,  тогда именно «обратная связь превратит  власть не в касту, а … в инструмент, который хочет народ».  
Мы в предыдущей статье уже говорили об адекватном видении руководством России этого главного глобализационного тренда, главной тенденции  развития современных политических систем – необходимости со стороны власти учитывать  потребительские умонастроения  в современных обществах, особенно, в средних слоях последнего. Иначе именно эти слои становятся объектом манипуляций антигосударственных сил, наполняясь через некоторые СМИ и сетевое пространство Интернета «вирусами революционности». Россия, безусловно, хорошо помнит кровавые и пагубные уроки революций. Это же касается необходимости разумной децентрализации государственной власти. Д.А.Медведев говорит: «Всё, что мы здесь обсуждаем, - это, по сути, и есть децентрализация».  И отмечает: «Это самое сложное, может быть, из того, что есть – найти баланс между тем, чтобы власть была властью а не тряпкой, а с другой стороны, чтобы все общественные силы могли участвовать в развитии страны, чтобы мы (власть - ВЕ) их не зажимали».
Президент, полагаю, абсолютно реалистично оценивает, как он сам некогда выразился,   планетарную кризисную ситуацию и словно утешает рьяных авангардистов, ревностных поборников либерализма и демократии: «Всё равно наша система рано или поздно будет таковой, что власть будет передаваться». Но пока любые реформаторские усилия, равно как  и противостоящие им реакционные, могут быть осуществимы только в политическом процессе, во власти. Потому-то президент и призывает всех тех, кто симпатизирует ему, проголосовать за властную реальность, обеспечивающую сегодня развитие страны.  Идеологией «Единой России» назван российский консерватизм, но в целом, политическая система страны, возглавляемая властным дуумвиратом, реализует стратегию не только консервативного, но и поступательного, прогрессивного развития   - развития эволюционного, а не революционного. Революций с нас хватит. 
1

Куда зовет Россия

            Пожалуй, самым значительным событием после  президентско-премьерской «рокировки», провозглашенной на ХII съезде «Единой России», явилось заявление В.В. Путина о грядущем Евразийском Союзе, сделанное  3 октября в интервью для   «Известий». Оно предшествовало программному выступлению премьера на Инвестиционном форуме «Россия зовет!» 6 октября и, по сути,  предопределяло перспективы интеграционных процессов. В своей статье Путин,  рассуждая об эволюции постсоветского пространства в сторону новой интеграции,  убедительно доказывает её необходимость и возможность,  благодаря, как это ни парадоксально, планетарным кризисным явлениям в процессе глобализации. Останавливаясь на политико-экономических моделях, таких как СНГ, Таможенный Союз, ЕврАзЭС, формирующееся Единое экономическое пространство, Путин подводит читателей к мысли о необходимости адекватного политэкономического союза народов и государств – Евразийского Союза. Этот союз призван вобрать в себя лучшее из опыта строительства Евросоюза, а худшее (например, пресловутую брюссельскую бюрократию) отвергнуть.  Лучшее – это сам принцип интеграции, обеспечивающий, прежде всего,  экономические интересы  не только населения (в плане потребительских возможностей), но и бизнеса, работающего на европейской территории.  Стратегический прогноз Путина непреложен: «Потребители от этого только выиграют». Премьер говорит об учете именно потребительских умонастроений весьма значительной и лидирующей части населения, как Европы, так и Евразии. Это, действительно, глобальная тенденция. А, как известно, большая мудрость заключается в знакомом нам лозунге: «Если не можешь противостоять, - возглавь!».  Возглавь, но пронеси с собой свое собственное  главное содержательное начало. Полагаю, Путин не случайно в самом начале статьи уточняет свое личное видение и понимание цивилизационных ценностей:  для него это, прежде всего,  ценности духовные.
            Возвращаясь к конкретике, необходимо отметить важнейшую мысль Путина как правоведа-юриста: он говорит о необходимости обеспечения сегодня в Евразийском экономическом пространстве некой «конкуренции юрисдикций».  Таким образом, он провозглашает не форсированную унификацию законодательства будущего Евразийского союза, а оптимизацию этого союзного законодательства на основе конкуренции за счет сохранения законодательной множественности.  В то же время он говорит о необходимости «начать кодификацию правовой базы», в частности, Таможенного союза и Суда ЕврАзЭС. Речь идет о создании суда специальной юрисдикции для разрешения вопросов, связанных с «дискриминацией, нарушением правил конкуренции и равных условий ведения бизнеса».  Однако Путин уточняет, что обращаться в суд по разрешению финансово-экономических вопросов смогут не только корпоративные участники экономической жизни, т.е. фирмы, но и государства-участники Таможенного союза. Эти положения путинской статьи вскрывают преимущественно экономический, партнерский смысл грядущей интеграции, прагматичную основу деятельности создаваемых надгосударственных структур интеграции – Евразийского экономического союза. Но, Путин продолжает: «Мы не останавливаемся на этом и ставим перед собой амбициозную задачу: выйти на следующий более высокий уровень интеграции – к Евразийскому Союзу». Цена выполнения этой амбициозной задачи, как говорит премьер, «веления времени» - это сохранение глобального баланса в мире или, как он выражается,  «устойчивости  глобального развития». Речь идет о преодолении проявившегося в ходе планетарного кризиса  дисбаланса. А человечеству необходима устойчивость, стабильное развитие, прогнозируемость и жизнеспособность. Лидер «Единой России» провозглашает Евразийский союз «своего рода центром дальнейших интеграционных процессов»  дабы «наряду с другими ключевыми игроками и региональными структурами – такими как ЕС, США, Китай, АТЭС – обеспечивать устойчивость глобального развития».
            При этом премьер заявляет, что мы, Россия, «не собираемся кого-либо торопить или подталкивать, это должно быть суверенное решение государства (будущего участника Союза – В.Е.), продиктованное собственными долгосрочными национальными интересами». А вот, это – едва ли важнейшее в характеристике  новой евразийской интеграционной модели: путинский императив – сохранение государственной суверенной воли  и субъектов, и объектов интеграции, т.е. сохранение самого института государственности как такового, в его неотрадиционном понимании. По существу, речь идет о новой  идеологии интеграции – неоконсервативной и  альянсной. Об этом пока не пишут и не рассуждают вслух политики и политологи, за исключением, впрочем, петербургских, в работах которых активно обсуждались вопросы необходимости создания некой центрально-континентальной евразийской конфедерации, и говорилось о возможной будущей партнерской интеграционной политике двух союзов – Европейского и Евразийского. Именно об этом сегодня говорит В.В.Путин: «Мы не собираемся ни от кого отгораживаться и кому-либо противостоять. Евразийский союз будет строиться на универсальных интеграционных принципах, как неотъемлемая часть Большой Европы, … в развитие этой идеи мы предложили европейцам вместе подумать о создании гармоничного сообщества экономик от Лиссабона до Владивостока …экономически логичная и сбалансированная система партнерства Евразийского Союза и ЕС способна создать реальные условия для изменения геополитической и геоэкономической конфигурации всего континента».  Путин еще раз уточняет, что корень планетарных проблем современности – «в накопившихся глобальных дисбалансах … очень сложно идет процесс выработки посткризисных моделей глобального развития». Но в этом и заключается глобальный смысл евразийской интеграции: восстановить баланс в Евроатлантике за счет создания в Евразии  как едином континенте некоего политического центра, балансира, причем в грядущей обозримой перспективе - с правом решающего голоса.
            В заключение Путин так и говорит: «Убежден, создание Евразийского Союза, эффективная интеграция – это тот путь, который позволит его участникам занять достойное место в сложном мире ХХI века. Только вместе наши страны способны войти в число лидеров глобального роста и цивилизационного прогресса, добиться успеха и процветания».
            Казалось бы, всё сказано: после известного лозунга «Россия вперед!» звучит  - «Россия зовет!». Именно под этим лозунгом проходил  Инвестиционный форум, где Путин обращался  к капитанам и адмиралам отечественного и мирового бизнеса,  Он говорил о  «приоритетах, о стратегических планах России, чтобы и инвесторам, и представителям бизнеса в самом широком смысле этого слова была понятна логика и мотивы нашего поведения, наших действий…». Причем, «сейчас, в непростой период», когда «последствия мирового кризиса не преодолены, на финансовых рынках по-прежнему сохранятся неопределенность», и при этом, констатирует премьер: «Ничего не меняется! Политика не меняется, и это конечно плохо».
            Что предлагает Путин узреть, наконец,  транснациональному капиталу?  Отдавая себе отчет в том, что глобализация  сегодня – это глобальная капитализация мира, некий глобальный «финансизм», мышление не столько национально-государственное, традиционное, сколько корпоративное, «бизнесовое», премьер открыто провозглашает, что Россия  четко вписывается в глобализуемый мир. Сохраняя здоровый консерватизм, она  при этом находится на отчетливо либеральных финансово-экономическиих  позициях, признавая непреложность  поступательного развития.  Россия не намерена срываться в регресс, в автаркию, в самоизоляцию, но, сообразно набирающему силу планетарному образу и стилю жизни, выстраивает свою политику  так, чтобы сохранить свой национально-государственный суверенный потенциал. Более того, за счет обережения своего традиционного государственного потенциала  («Руководствоваться будем, прежде всего, факторами внутреннего характера»)  наша страна намерена стать одним из  лидеров мирового цивилизационного прогресса. Мы будем проводить  новую индустриализацию России, главным ресурсом которой и могут, и должны стать мировые инвестиции в Россию. А для этого она должна стать инвестиционно привлекательной. Важнейшие условия привлекательности – это «предсказуемость политического курса, политическая стабильность». Своеобразным эпиграфом важнейшей части своего выступления на форуме Путин делает слова П.А.Столыпина «Нам не нужны великие потрясения, нам нужна великая Россия». Помнится, эти же слова цитировал российским политикам и В.С.Черномырдин. Таким образом, преемственность новороссийского политического курса  по отношению к старороссийскому – налицо. В заключение, беседуя с участниками форума, Путин подчеркивает, что пора заканчивать «бежать куда-то без оглядкиМы должны всё посчитать, внимательно посмотреть конечную точку нашего движения и уверенно двигаться туда». Полагаем, что такой точкой будет Евразийский союз как центр новой планетарной глобальной политики, как балансир с правом решающего голоса.  
            
1

Поправки в закон "О связи"

Сегодня Государственная Дума рассматривает мой проект Федерального Закона "О внесении изменения в статью 54 Федерального закона "О связи", который я внес в парламент будучи Членом Совета Федерации. В соответствии с проектом, предлагается установить, что максимальный размер средств, которые оператор сотовой связи может истребовать за услуги связи с абонента - физического лица, оказанные в течение одного календарного месяца в роуминге, не должен превышать трех тысяч рублей. Меня побудили внести поправки в законопроект многочисленные жалобы пользователей услуг российских операторов сотовой связи, которые по возвращению из-за границы вынуждены оплачивать огромные счета за телефон. Один из наиболее известных случаев - молодожены, которые воспользовались в своем свадебном путешествии 3G модемом, оказались должны оператору сотовой связи, входящему в большую тройку, более одного миллиона рублей.
Суть предлагаемой мною инициативы заключается не в конкретной сумме, кстати, она может быть изменена во время прохождения закона в Государственной Думе, а в том, что аппетиты операторов сотовой связи должны быть ограничены. Это, на мой взгляд, подтолкнет их к более активным действиям по снижению роуминговых тарифов и введению on-line тарификации, для чего сейчас существуют все технические возможности. Более того, некоторые операторы сейчас уже вводят предел кредитования на трафик GPRS в международном и национальном роуминге. Уверен, что данная инициатива защитит права абонентов сотовой связи. Однако, конечно, хотелось, чтобы граждане, выезжая за границу, все-таки знакомились с услугами сотовой связи. Как бы государство не пыталось защитить их права, они также должны заботиться о своих интересах.
Необходимо отметить, что аналогичные нормы установлены и в Европейском Союзе, согласно которым операторы сотовой связи обязаны отключать услугу связи в роуминге при превышении определенного лимита (по умолчанию 50 Евро).
В нынешних экономических реалиях плата за услуги, оказываемые российскими операторами сотовой связи в роуминге, остается все еще очень высокой. При этом количество российских туристов, выезжающих в страны ближнего и дальнего зарубежья, постоянно увеличивается. По данным Федерального агентства по туризму за 9 месяцев 2010 года за рубеж выехало 30 160 258 российских граждан, что на 12 процентов больше чем за аналогичный период 2009 года.
 
1

О поправках в Федеральный закон «О свободе совести и о религиозных объединениях»

        Известно, что религия формирует в  сознании сообщества людей единые нравственные ценности и нормы поведения. Иными словами, мораль. Уже на заре человечества  малые  племена имели прообразы таких норм в виде тотемов и табу, которые, конечно, были у всех разными. Единобожие стало огромным, неоценимым вкладом в развитие человечества. Оно позволило объединить людей не только разных этносов, но и рас. Собирающиеся в одном храме на единую молитву люди ощущают себя единым народом.
       Монотеистические религии сыграли ведущую роль в создании больших государств, империй, цивилизаций. Ни у кого не вызывает сомнения значение христианства в формировании европейской цивилизации. Всем также памятно, как на заре  становления этой цивилизации боролись с религиозным инакомыслием, всяческой ересью и расколом. Тогда никто не сомневался, что только единение сделает человечество более защищенным перед враждебными силами природы. И самым мощным и эффективным было  единение духовное, т.е. религиозное.
       Однако цивилизация принесла не просто безопасность, но и комфорт. Можно сказать, что вместо испытаний человека постоянным страхом пришло искушение сладкой жизнью. А его выдерживают не все. Кто-то стал верить в собственное всесилие и в отсутствие Бога (атеистов, смело уверовавших лишь в научные знания, среди нас много).  Иные не пожелали подчиняться религиозным традициям,  но, побаиваясь чего-то, стали «реформировать» религию «под себя». По-видимому, такова природа человека. Монотеистические религии не первое столетие претерпевают различные трансформации. Западное христианство уже прошло путь некоего распада на разнообразные формы, более или менее отвечающие запросам отдельных государственных или социальных структур. Определенные трансформации пережил ислам. Однако все эти религиозные течения остаются религией  Единого Бога и отличаются трактовкой прочтения отдельных положений и особенностями религиозных ритуалов.  И все они формировались, так или иначе, под надзором ортодоксальной религии. А,  следовательно, и проходили в процессе своего возникновения сущностную религиоведческую экспертизу и получали одобрение светской и духовной властей.
        Сегодня человечество встало на путь глобализации, т.е. создания единой цивилизации планеты. А на какой основе мы объединяемся? Всеобщего комфорта и тотального потребительства? Кто напоминает человеку о его предназначении и соответствующему тому поведении?  Похоже, что сегодня такого воздействия просто нет. Если, конечно, человек не вспомнит о вере своих отцов и не станет вести себя сообразно ей.
        Мы постоянно пишем о плюрализме и свободе личности. Но личность и биологическая особь – это не одно и то же: особь рождается, а личность формируется, причем не самостоятельно, а лишь в социуме с определенной моралью. В нашей стране с молодой демократией вполне естественно произошло некое опьянение свободой, которую многие поняли как вседозволенность. Но мы уже трезвеем, что очень четко отражает не только общественное мнение, но и законодательство как его юридически закрепленное выражение. Мы признаем свободу выбора поведения взрослых людей. Но уже принимаем закон о химической кастрации, если это оказался выбор особой  «любви к детям». Здоровое начинание! Защита детей – прежде всего. И потому меня удивляет реакция части общества на поправки к закону «О свободе совести и о религиозных объединениях», которые предусматривают введение обязательной  государственной регистрации религиозных групп, включающей религиоведческую экспертизу. Что это дает?  Защиту общества от сектантства в самых радикальных  его проявлениях и, прежде всего, защиту наших детей, когда речь идет о неприкосновенности со стороны неведомых лиц не только их тел, но их незрелых  душ. 
1

Кризисная перестройка Европы

На прошедшей в Германии (Линдау) в сентябре с.г. конференции по экономике семнадцать лауреатов Нобелевской премии в этой области излагали свои взгляды о путях преодоления кризиса. Несмотря на определенную разноречивость, по ряду вопросов мэтры единодушны. Прежде всего, констатируется, что европейский кризис есть кризис евро, причем кризис еврозоны – долговой.  В связи с этим,  делается вывод о необходимости создания в ЕС единого органа для жесткого контроля над рынками (с центром в Брюсселе).  Почти никто из экспертов не допускает возможности отмены евро, т.к. крах евро создаст больше проблем, чем решит.  Некоторые призывают к тому, чтобы Евросоюз начал быстро двигаться по пути Соединенных Штатов Европы, т.е. по пути федеративного государства.
               Уместно напомнить, что в августе с.г. Дж. Сорос заявил: «Финансовые рынки не снизят давления на еврозону и не дадут её лидерам  времени на раздумья… следует как можно быстрее найти пути к тому, чтобы остановить разрастание кризиса».    Этот пассаж демонстрирует, что  в современной экономике процессами управляют мировые финансовые рынки, держателем которых, в свою очередь, является транснациональный капитал. Однако Евросоюз в свое время ставил целью достижение компромисса между либеральным и социальным подходами в европейской политике. Сегодня же, по мнению экспертов, компромисс нарушен в пользу либералов, с их стратегией «быстрых денег», дающих скорую отдачу.  По сути, правый либерализм (финансизм)  выдавливает левый (социальный, экологический, гуманитарный), тем самым отражая более общее противоречие между транснациональным и государственно-монополистическим капиталом, которое сегодня решается в пользу первого. Это и есть современный вектор глобализации.
            В России в дебюте горбачевской перестройки также речь шла о необходимости всяческого ускорения, якобы, с целью повышения эффективности социалистической экономики. На самом деле, советская экономика «затачивалась»  под капиталистические требования эффективности, вначале трактуемой как производство для потребления гражданами, а затем - эффективности финансово-экономической, посредством  достижения максимальной прибыли. Постперестройка под руководством Б.Ельцина, Е.Гайдара и А.Чубайса реализовалась под лозунгом  либерализма – прежде всего, правого. Однако уже в 1993 году Россия обрела новую конституцию, провозгласив себя социальным государством с либеральной экономикой. Именно государство при Е.Примакове и В.Путине  обеспечило восстановление баланса сил – либеральных и социальных.
              Похоже, что сегодня транснациональный капитал берет в «крутой оборот» объединенную Европу, одновременно готовя почву для инвазии в страны Ближнего Востока.  Российская Евразия  (постсоветское пространство) и Индокитай еще не охвачены полностью  капиталистической глобализацией по праволиберальному типу, когда вместо захвата – охват, вместо оккупации – инфильтрация,  а на смену социал-коммунистическому интернационалу приходит праволиберальный транснационализм. Такова в общих чертах сегодняшняя тактика глобализаторов.
            Есть ли альтернативная тактика глобализации как процесса формирования действительно единой человеческой цивилизации? Полагаем, есть. Альтернатива всегда находится   и прослеживается в истории. Но об этом – позже.

1

Газопровод или газоотвод?

Юбилейный Международный инвестиционный форум в Сочи привлек всеобщее внимание вполне обоснованно. И дело не только в некоторых положениях пленарного выступления председателя Правительства, в которых В.В.Путин прогнозирует не слишком радостное будущее для экономики США и Евросоюза. Примечательно, что, по мнению премьера, это вызывает сожаление у всех, в том числе, и в России. Как говорится, «на всех и беда одна».  Но есть ведь и радости. Так,  российский «Газпром», итальянская ENI, французская EDF и немецкая Wintershall подписали юридически обязывающее соглашение по проекту строительства газопровода «Южный поток». В результате его реализации  в 2015 году газ пойдет в Европу не только с Севера России, но и с Юга. Всем будет тепло и комфортно. Но, оказывается, не всем. Некоторые официальные лица в Евросоюзе жестко критикуют этот проект. Он, видите ли, создаст конкуренцию  проекту «Набуко», который сегодня, вроде, отстает. Но разве конкуренция не движитель прогресса? Разве не этому совсем недавно так усердно учили нас западные либерально-экономические мэтры? Что-то тут не то…      
 Еврокомиссар по вопросам  энергетики
Гюнтер Эттингер говорит, что Россия хочет помешать газопроводу «Набуко» диверсифицировать поставки газа на европейский рынок. Помешать – это ведь хуже, чем конкурировать, это же просто  вредить.  Но помилуйте, кто в Европе не знает, что 25%  голубого  топлива поступает к ним из России и что 80% этих поставок идут через территорию Украины.  Почему нам до сих пор никто из западных экономистов не посоветовал диверсифицировать и наши риски? Ведь были уже прискорбные новогодние инциденты, и холодно было всем.
Но нашлись все-таки сторонники «Южного потока» в зарубежных странах, причем - в самых ближних. Прямо в Сочи президент Украины В.Ф.Янукович предложил России проложить «Южный поток» по территории юга Украины. И был очень удивлен категорическим отказом руководителей «Газпрома», которые назвали это предложение «экономически нецелесообразным». Украинский президент тут же  помог им сосчитать, что  трубопровод по югу Украины обойдется России  в пять раз дешевле. Явно, хочет иметь общую с нами радость. А тут  «Газпром», кажется, готовит предпринимателям нашего южного соседа  не газопровод, а газоотвод. Да  еще и с двух сторон. Неприятно и досадно, но   ведь и есть за что.

1

Его имя - Санкт-Петербург

      6 сентября 1991 года мне было 23 года. Помню, большинство из нас были ярыми приверженцами преобразований, воспринимая перестройку Горбачева и постперестройку Ельцина как два этапа новой революции в тогда еще советском обществе. Уже потом ко многим пришло понимание, что эта революция была в значительной мере контрреволюцией и возвращением на новом этапе к ценностям скорее февраля 1917 года в главном, а отчасти, и к ценностям поздней имперской конституционно-монархической России.
      Оправданность переименований городов, улиц, площадей воспринималась скорее как результата господствовавших тогда умонастроений, то есть в большей степени, на эмоциях и даже в чем-то подсознательно. Возвращение городу Святого Апостола Петра его исконного имени казалось вполне естественным, по крайней мере, большинству молодых горожан. Что касается зрелых и особенно пожилых людей, помнится, их мнение было отнюдь не единым. Но победило активное политическое большинство. Словом, ничего неожиданного тогда не произошло. Это, во-первых. 
      А во-вторых, едва ли ни всеобщим порывом в обществе было чаяние правового государства. И вот в этой связи следует отметить, что сама организация референдума и решение Президиума Верховного Совета РСФСР - всё это было осуществлено на высочайшем профессиональном уровне, а именно: к формулировке вопросов городского референдума были привлечены лучшие психологи и социологи. А правоустанавливающие решения в точном соответствии с тогдашним законодательством принял надлежаще уполномоченный орган. Таким образом, важнейшее не только для города, но и страны, знаковое политическое событие прошло быстро и организовано. Полагаю, это был прекрасный дебют и предтеча сегодняшней власти петербургских юстиционеров.
1

Летние эксцессы

            
            Лето 2011 года подходит к концу. Оно было богато событиями, как экономического, так и политического характера. Известные проблемы американской экономики коснулись практически всех экономик мира, в том числе, и стран Евросоюза. Аналитики констатируют слабый рост  ведущих экономик еврозоны во втором квартале текущего года, а некоторые финансовые эксперты пишут о близости финансовой стагнации даже в Германии. Надо признать, что встреча глав Германии и Франции в августе не оправдала надежд и не стала прорывом в преодолении кризиса еврозоны. Идея выпуска еврооблигаций была отвергнута, и прозвучала констатация, что нереально быстро снизить огромную государственную задолженность стран еврозоны. В общем, пока в «товарищах согласья нет».
            В условиях глобализации экономические проблемы неразрывно связаны с  теми или иными социальными  потрясениями. Казалось бы, что меньше всего они должны проявляться в благополучных странах Евросоюза. Известно, что европейская цивилизация до последнего времени позиционировалась как самая продвинутая, либеральная, гуманистичная, толерантная и даже мультикультурная. Однако события последних месяцев свидетельствуют об обратном. Сначала в Норвегии внешне вполне добропорядочный подданный этого королевства тридцатидвухлетний  Андерс Беринг Брейвик  совершил вполне хладнокровно двойной теракт, унесший жизни около семидесяти его соотечественников. Спустя месяц в цитадели европейского либерализма  - в Британии -  начались массовые волнения, которые были названы  европейскими политобозревателями «бунтом потребителей». И вот уже французские и германские лидеры начали вслух поговаривать то о крахе либерализма, то о тупиковости мультикультурализма.
            В оценке этих двух эпизодов социальных взрывов (в Норвегии и Британии) необходимо подчеркнуть некоторые важные политические обстоятельства. В этих странах существует общая форма правления – конституционная монархия - и близкие типы политического режима. Логично было бы ожидать и сходную реакцию государственной власти на социальные эксцессы. Однако лидер правящего парламентского большинства в Норвегии вскоре по прошествии двойного теракта заявил, что страна не сойдет с пути либеральной демократии и защитит ее ценности. А что же Англия? Там лидер парламентского большинства Д.Кэмерон объявил беспощадную войну  бунтовщикам и призвал в свои советники бывшего руководителя нью-йоркской полиции Билла Брэттона, заявив о режиме нулевой толерантности. Налицо выраженное различие реакции представителей европейской демократии: англосаксы не желают более проявлять толерантность к «взбесившимся»  потребителям, французы констатируют провал либеральной современной политики,  германцы – политики мультикультурализма, тогда как на Севере Европы предпочитают сохранять верность «неолиберальной  традиции». А ведь это – общеевропейский дом, который так долго считался россиянами предметом подражания и лучшего заимствования. Христианская традиция (от которой отказались  в Евросоюзе в пользу современной либеральной), помнится, гласит: «Дом, разделившийся в самом себе, не устоит».
            Чего же нам ждать от первых всполохов политической  разноголосицы внутри общеевропейского дома? Неужто, дезинтеграции Евросоюза, учитывая тяжелейший финансово-экономический кризис, даже не столько в США, сколько в Европе? Тем более, что глава всемирного банка Роберт Зеллик в середине августа, давая оценку современному состоянию  финансово-экономической системы Евроатлантики, высказал свое мнение о том, что  наступающий кризис много серьезнее кризиса 2008 года.
            Возможно, я преувеличиваю тяжесть системного кризиса в Евроатлантике и преимущественно в странах Евросоюза. Может быть и так, но лично мне хорошо памятны августовские события двадцатилетней давности, поставившие точку на судьбе некогда всемогущего Советского Союза и положившие конец существованию новой исторической общности под названием «советский народ». События  знаменитого путча 1991 – предтечи распада СССР -  тогда  многими зарубежными обозревателями  связывались с финансово-экономическим банкротством страны, а политика либерализации и демократизации в этих условиях привела  тогда к  бунту с последующим распадом сверхдержавы. И потому именно нам, возможно, лучше других видно некое «нездоровье» политического процесса в европейском политическом организме, нарастающие кризисные явления. Полагаю,  дальнозоркая позиция здесь предпочтительнее близорукой: Россия,  неуклонно наращивая постсоветскую и, в целом, международную  интеграцию, ведет себя более, чем адекватно, особенно с учетом  тревожных явлений в Евросоюзе. 
1

Предотвращен теракт на "Сапсане"

Сегодня по «Эхо Москвы» сообщили, что предотвращен теракт на «Сапсане». Многие мои знакомые и я неоднократно ездили и ездят на «Сапсане» домой в Питер.  И, конечно, сама мысль о возможной трагедии заставляет серьезно задуматься.
Безусловно, правоохранительные органы, которые не допустили взрыва, сработали эффективно. И это еще раз свидетельствует о том, что работа ведется, ведется без пиара и хвастовства, не смотря на неоднократные нападки и критику фрондерствующей тусовки. Мол, человеческий капитал в госорганах – никакой, чиновники только и делают, что «мотыжат» свой кусок земли себе в карман. Интернет пестрит роликами о коррупции, обличающими государственный аппарат. Все это любимые разговоры, знакомые и понятные, особенно перед выборами или так, в рамках – заработать себе очков перед слушающими.
Но оказывается, что именно этот человеческий капитал взял да и предотвратил трагедию. И сделали это в нашей стране, а хваленая Европа со своей хваленой либеральной государственностью, на которую нас постоянно равняют, не могла разобраться с одним больным безумным человеком, расстреливающим безоружных детей.
И в итоге после всех раздумий возникает какое-то чувство неудобства. Неудобства за то, что слушали все эти разговоры, участвовали, разглагольствовали. И молчали, молчали, как будто нечего было нам сказать. И сейчас слушаем новости о «нулевой толерантности» и тоже молчим. А сказать надо бы и есть что.  
Государственная система, которую не пнул доселе только ленивый, сегодня заслуживает, безусловно, уважения, в том числе, сохранения и обережения, в первую очередь, со стороны своих граждан. Мы пока, к сожалению, по большей части этого не умеем или не хотим делать, живя по принципу: «Ай, Моська! Знать, она сильна, что лает на слона».
А слон-то идет и идет себе тихо и спокойно, и знает куда идет.